Чайник Цзяньшуй, Безумный Чэнь, 140мл., 135-12.25

Чэнь Хунсян, известный как Безумный Чэнь родился в 1965 году в уезде Мэнцзи на юге Китая. Его творческий путь начался с резьбы по нефриту. Именно этот опыт, требующий невероятной точности и терпения, стал фундаментом для его будущего призвания. Со временем он стал работать и с глиной, перенеся в новое ремесло принципы резьбы по нефриту и основал собственную мастерскую - «Хуахучжуан». Его называют «безумным» - и это безумие особого рода. Оно не только в его неудержимом темпераменте, с которым мы столкнулись лично, но и в абсолютной, всепоглощающей одержимости искусством, в щедрости души и в той смелой свободе, с которой он подходит к творчеству. При первой встрече он может показаться сдержанным, но стоит заговорить о его работах, как открывается человек страстный и глубоко погружённый в своё дело. Сердце его творчества - это чайная посуда, в основе которой лежит тончайшее искусство имитации природных форм. Взгляд мастера подмечает изгиб ветви, форму птичьего клюва, фактуру древесной коры, а иногда это причудливая и комичная карикатура на животных. Мастер не стремится к фотографической точности, а скорее улавливает саму душу природного мотива. Его чайники - это поэзия, переложенная на язык формы: они дышат, кажется, будто вот-вот оживут в руках. Техническое совершенство его работ поражает. Он владеет уникальной для Цзяньшуя техникой резьбы и инкрустации: на ещё влажную поверхность сосуда он наносит тончайшие рисунки или каллиграфические надписи, а затем заполняет углубления цветной глиной. После кропотливой полировки без применения глазури узоры становятся неотъемлемой частью сосуда, обретая мягкое, внутреннее сияние. При этом мастер не скрывает, а, напротив, подчёркивает следы ручного труда - лёгкие неровности, едва заметные песчаные поры. Для него это не изъяны, а знаки подлинности, свидетельства живого касания рук, которые придают каждой вещи неповторимый характер. При всей известности и признании коллекционеров из разных стран, сам Чэнь Хунсян остаётся удивительно равнодушен к шуму славы и погоне за званиями. Он говорит, что его цель - чистое выражение искусства, а всё остальное - лишь суета. Эта внутренняя свобода и верность своему пути вдохновляют не только ценителей, но и молодых учеников, которым он щедро передаёт своё мастерство.